Оставить заявкуОставить заявку

                               +7 (905) 591-62-39

Официальный сайт адвоката Конорева Руслана Петровича

Дело ООО «Р» (иск об обязании исполнить предписание ГУ МЧС, устранив нарушения в торгово-офисном центре). Железнодорожный городской суд Московской области. Дело № 2-772/2021.

12.02.2021 Как следует из содержания искового заявления, Истец является собственником ряда нежилых помещений, расположенных в подвале Здания. Ссылаясь, в частности, на положения Закона РФ от 07 февраля 1992 года № 2300-I «О защите прав потребителей» (далее – «Закон о защите прав потребителей»), Истец полагает, что Ответчик, являясь управляющей компанией Здания, обязан обеспечить расположенные в нем помещения, в т.ч. помещения Истца системами дымоудаления на основании Предписания ГУ МЧС. По мнению Истца, неисполнение Ответчиком указаний, содержащихся в Предписании, препятствует использованию Истцом помещений по их целевому назначению и создает угрозу жизни и безопасности находящихся в них людей.

Ответчик, ознакомившись с указанными в исковом заявлении доводами, в т.ч. изложенными в предыдущем абзаце настоящих возражений, полагает, что они не содержат оснований для удовлетворения заявленных Истцом требований с учетом следующего.
1. По мнению Ответчика, Истцом выбран ненадлежащий способ защиты якобы нарушенного права, что само по себе может являться самостоятельным основанием для отказа в иске.
  Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в ст.12 ГК РФ, а также иными способами, предусмотренными законом.
Выбранный Истцом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (ч.1 ст.1 ГК РФ).
По смыслу ст.6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», ст.ст. 13 и 210 ГПК РФ судебные решения должны отвечать общеправовому принципу исполнимости судебных актов.
Иными словами, при решении вопроса о применении заявленного способа защиты суд обязан определить порядок, механизм, сроки исполнения обязательств в натуре, выяснить возможность реального исполнения принятых им решений исходя из положений Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» и возможности реальной защиты оспариваемых или нарушенных прав при выборе в данном конкретном случае такого способа защиты права, как присуждение к исполнению обязанности в натуре (см., в частности, постановления Президиума ВАС РФ от 07.03.2000 № 3486/99 и 14.08.2001 № 9162/00).
Наряду с избранием присуждения исполнить обязанность в натуре (в нашем случае – исполнить требования Предписания) как способа защиты, Истец не представил доказательств возможности реального исполнения решения суда при удовлетворении заявленного требования, в связи с чем такое требование не отвечает в данном случае критериям допустимости иска об исполнении в натуре (эффективности, адекватности, целесообразности).

Из Предписания, на которое ссылает Истец, не усматривается, что оно касается, в т.ч. помещений, относящихся к общему имуществу собственников помещений в Здании. Предписание также не содержит набора конкретных мер в отношении помещений Истца, которые возложены на Общество как на управляющую Зданием компанию. В этой связи Истец не доказал, что он имеет право от имени всех собственников помещений в Здании требовать в судебном порядке исполнения Предписания.

В части отсутствия у Истца права требовать от Ответчика в судебном порядке исполнения Предписания прошу Суд дополнительно принять во внимание следующее.
Одной из мер, которые принимаются должностными лицами контролирующего органа при выявлении нарушений законодательства во время проведения проверки, является выдача предписания об устранении выявленных нарушений (п.1 ч.1 ст.17 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля», далее – «Закон № 294-ФЗ»).
В предписании должны быть указаны конкретные меры, которые необходимо предпринять для устранения нарушений, а также срок устранения этих нарушений и (или) проведения соответствующих мероприятий. Законно выданное предписание обязательно для исполнения соответствующими лицами. За неисполнение в установленный срок предписания такие лица несут предусмотренную законодательством РФ ответственность, в т.ч. административную (ч.2 ст.25 Закона № 294-ФЗ).
Ответчик просит Суд также принять во внимание то, что отсутствие с его стороны обжалования Предписания в установленном законом порядке само по себе не означает его согласия с конкретными требованиями, содержащимися в Предписании, а также с законностью самого Предписания.
Вместе с тем, судебная практика безотносительно согласия или несогласия Ответчика с требованиями Предписания исходит из того, что действующее законодательство устанавливает иные последствия неисполнения законно вынесенного предписания государственного органа.
В случае неисполнения законно вынесенного предписания возникает не гражданско-правовая, а административно-правовая ответственность.
Неисполнение предписания государственного органа не позволяет привлечь нарушителя к гражданско-правовой ответственности путем понуждения указанного лица к исполнению в порядке искового производства, однако не лишает административный орган права на рассмотрение вопроса в административном порядке (см., например, постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.03.2017 № Ф05-1528/2017 по делу № А40-113004/16).
Предписания государственных органов являются обязательными к исполнению, повторное придание им обязательности путем обращения в суд действующим законодательством не предусмотрено (см., например, постановление Арбитражного суда Московского округа от 10.01.2017 № Ф05-20277/2016 по делу № А40-93303/2016). То есть, предписание государственного органа подлежит исполнению лицом, к которому оно было адресовано, вне зависимости от наличия или отсутствия судебного акта об обязании его исполнения (см., например, определение ВС РФ от 23.05.2017 № 308-КГ17-5027 по делу № А77-412/2016).
Довольно часто законодательство вообще не наделает соответствующие надзорные (контролирующие органы), не говоря уже физических лицах (у нас - это Истец), полномочиями по обращению в суд в порядке искового производства с требованием о понуждении к исполнению выданного предписания, что также является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении такого требования (см., например, постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.07.2016 № Ф05-9387/2016 по делу № А40-44439/2015). В подобных случаях суд указывает административному органу, что обязание ответчика исполнить ненормативный правовой акт (предписание) не относится к числу способов защиты прав, предусмотренных действующим законодательством (см., например, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 08.04.2019 № Ф06-45370/2019 по делу № А12-22742/2018).  

Из положений ст.ст. 1 и 12 ГК РФ во взаимосвязи с содержанием ст.3 ГПК РФ следует, что избрание неверного способа защиты гражданских прав является самостоятельным основанием для отказа в иске в судебном порядке.
    
2. Истцом не доказан сам факт нарушения Ответчиком его прав как потребителя в том правовом смысле, который придается этим правам Законом о защите прав потребителя.
  В своем исковом заявлении Истец упоминает в качестве квалификации своих взаимоотношений с Ответчиком как потребительских договор № Б-001 управления торгово-офисным центром «МАРС» от 16 марта 2017 года (далее – «Договор управления»).
  В соответствии с п.1.1 Договора управления Ответчик по заданию собственников помещений, расположенных в Здании, в течение согласованного срока за плату обязуется оказывать услуги и выполнять работы по управлению, надлежащему содержанию и текущему ремонту общего имущества собственников помещений (перечень объектов общего имущества указан в Приложении № 1 к Договору управления).
В п.1 Приложения № 1 указано, что в состав объектов общего имущества входят, в т.ч. помещения, не принадлежащие ни одному из собственников помещений в Здании, следовательно, договорная ответственность Общества не распространяется на принадлежащие Истцу подвальные помещения (как и на помещения иных собственников), и требовать от Ответчика исполнения договорных обязательств в части оснащения помещений Истца системами дымоудаления последний не вправе.

В соответствии с абзацем третьим преамбулы Закона о защите прав потребителей потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Как следует из представленных Истцом в качестве приложений к иску договоров купли-продажи нежилых помещений от 08 декабря 2016 года и от 10 марта 2017 года, предметом данных договоров являлась продажа Истцу подвальных помещений, расположенных в Здании. Данное обстоятельство, по мнению Ответчика, имеет существенное значение для рассмотрения настоящего спора.
Постановлением Госстроя РФ от 23.06.2003 № 108 введены в действия «СНиП 31-05-2003. Общественные здания административного назначения». В Приложении Г к данным СНиП отражен перечень помещений зданий и учреждений, размещение которых допускается в подземных и цокольном этажах.
По имеющейся у Ответчика информации Истец не использует свои подвальные помещения ни по одному из разрешенных указанными СНиП видов. Более того, Ответчик располагает информацией об использовании Истцом подвальных помещений в предпринимательской деятельности не в соответствии с видами их разрешенного использования.
Так, в частности, Истцом как индивидуальным предпринимателем с индивидуальным предпринимателем Антоновым Николаем Борисовичем заключен договор аренды принадлежащих Истцу подвальных помещений от 01 июня 2018 года, а с индивидуальным предпринимателем Петренко Иваном Андреевичем аналогичный по содержанию договор аренды от 14 сентября 2017 года только в отношении иных принадлежащих Истцу подвальных помещений (копии договоров аренды прилагаются).
В соответствии с п.1.6 указанных договоров аренды подвальные помещения передаются арендаторам для ведения хозяйственной деятельности, т.е. ни о каком использовании Истцом помещений для личных или семейных нужд речи не идет.    

Истец в нарушение положений ст.56 ГПК РФ не приводит доказательств того, что действия (бездействие) Ответчика привели к нарушению его прав как потребителя при обустройстве подвальных помещений для личных нужд в соответствии с нормами пожарной безопасности, регулирующими оснащение подобного рода помещений системами дымоудаления. Истец также не приводит доказательств того, что подвальные помещения в том виде и состоянии, как они им приобретались по указанным выше договорам купли-продажи, в обязательном порядке согласно требованиям законодательства должны были быть оснащены системами дымоудаления и (или) иными подобными системами пожарной безопасности.
Если же Истец после приобретения данных помещений осуществил их перепланировку (переустройство), в результате чего к ним стали предъявляться повышенные требования пожарной безопасности, обязанность привести помещения в соответствие с такими требованиями лежит на Истце, а не на Ответчике.
В соответствии со ст.38 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

3. Ответчик полагает, что в действиях Истца, требующего в судебном порядке понудить Ответчика исполнить Предписание, усматриваются признаки злоупотребления правом, что недопустимо в силу положений ст.10 ГК РФ.
Ответчиком после получения Предписания инициировано проведение общего собрания собственников помещений в Здании.
Результаты такого собрания отражены в Протоколе № 1 от 29 февраля 2020 года (далее – «Протокол № 1», копия прилагается).
На указанном общем собрании собственниками было принято, в т.ч. и следующее решение (п.3): собственники помещений, имеющие в принадлежащих им помещениях нарушения по пожарной безопасности, обязуются оплатить 100 % стоимости по договору в размере 1 300 000 руб. в срок до 31.03.2020 года, исходя из стоимости 153,79 руб. за 1 кв.м. Такие собственники указаны в Приложении № 2 к Протоколу № 1. В список по Приложению № 2 входит и Истец, который до сих пор не исполнил решение общего собрания, которое является обязательным для всех собственников помещений, расположенных в Здании (ч.2 ст.181.1 ГК РФ).
Необходимо еще раз отметить, что в Протоколе № 1 отражены решения, касающиеся помещений и их собственников, где были обнаружены нарушения противопожарных требований, а не помещений, относящихся к общему имуществу таких собственников, за содержание которых отвечает Общество. То есть, решением общего собрания была разделена ответственность за надлежащее оборудование помещений системами противопожарной безопасности между Ответчиком и собственниками, что соответствует, в т.ч. положениям ст.38 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности».
В п.4 Протокола № 1 отражено решение, согласно которому в случае недостаточности средств (несвоевременности оплаты одним или несколькими собственниками денежных средств) управляющая компания не несет ответственности за невыполнение/несвоевременное выполнение СТУ, касающихся разработки комплекса мер по противопожарной безопасности в Здании. Истец не исполнил решение общего собрания и не оплатил услуги профильной организации, с которой планировалось заключить соответствующий договор на разработку СТУ, тем самым поставив под угрозу своевременность устранения выявленных органом пожарного надзора нарушений.
Злоупотребление правом Истца при обращении с иском к Ответчику заключается, в т.ч. в его желании переложить на последнего обязанности по несению расходов, часть которых обязан нести сам Истец на основании решения общего собрания и которые он нести отказывается.

На основании абзаца 2 пункта 1 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – «Постановление от 23.06.2015 № 25») при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п.3 ст.1 ГК РФ). В силу п.4 ст.1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.
В абзацах 4, 5 пункта 1 Постановления от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст.56 ГПК РФ). Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса).

Возврат к списку