Оставить заявкуОставить заявку

+7 (499) 394-31-20      +7 (905) 591-62-39

Официальный сайт адвоката Конорева Руслана Петровича

Конорев Р.П., специалист Московской коллегии адвокатов "Князев и партнеры".

Конорев Р.П., специалист Московской коллегии адвокатов "Князев и партнеры".

Я не согласен с позицией В.И. Миронова по нескольким причинам.

Во-первых, данный факт, описанный в заключении, не может быть установлен как таковой, потому что он не имеет юридического значения. Кто нарушал права работника? Автор пишет, что это необходимо для того, чтобы работник при трудоустройстве к другому работодателю не подвергался дискриминации. Что если работника уволили за дисциплинарное взыскание, то якобы его могут не взять на следующую работу. Я считаю, что это не аргумент, потому что в РФ для оспаривания отказа в принятии на работу и заключении трудового договора предусмотрен определенный порядок, в том числе и судебный. Можно этот отказ обжаловать в суде, с разными вариациями на эту тему. Поэтому право работника на сегодня никем не нарушено. С моей точки зрения, и это не только моя позиция, она подтверждена судебной практикой - такие заявления вообще не должны приниматься к производству, а возвращаться со ссылкой в том числе на п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК. Либо, если заявление уже принято к производству, дело прекращается по основаниям, указанным в ст. 220 ГПК. Статья 134 ГПК говорит о том, что если факт, об установлении которого просит заявитель, не влечет для него правовых последствий, то это обстоятельство является основанием для отказа в принятии заявления по тем мотивам, что отсутствует предмет судебного разбирательства, поскольку при обращении в суд заявитель не преследует установленной законом процессуальной цели защиты своего права. А как раз п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК говорит о том, что судья отказывает в принятии, если для данного правоотношения присутствует другой порядок судопроизводства, - здесь оно однозначно исковое, потому что здесь содержится предположение работника, что, возможно, при наличии такой записи в трудовой книжке кто-то из работодателей ему откажет. Такие предположительные вещи вообще не могут рассматриваться в суде. Поэтому, с моей точки зрения, принятие такого заявления является нарушением процессуального права. И кассация вообще должна отменить решение Сургутского суда и производство по делу прекратить в соответствии с абз. 5 ст. 361 ГПК РФ. Часть 3 ст. 263 ГПК говорит, что в случае, если возникает спор о праве, такие дела не могут рассматриваться в порядке особого производства. Что это значит? Вот здесь как раз спор о праве: он предполагает, что, возможно, его права будут работодателем нарушены. Поэтому это однозначно является основанием для вынесения определения об оставлении заявления без рассмотрения с разъяснением заявителю его права разрешить спор в порядке искового производства.

Что касается снятия дисциплинарного взыскания вообще. Мы говорим о том, что дисциплинарное взыскание работодатель вправе применять к работнику. В данной ситуации человек уволен, трудовые отношения прекратились, поэтому к ним данная норма статьи вообще не может быть применима. Поэтому вопрос: кто будет устанавливать факт увольнения? Увольнение не относится к тем видам дисциплинарных взысканий, на которые положение данной статьи может быть распространено. Здесь просматривается противоречие автора: он признает, что в законодательстве отсутствует регламентация внесения в трудовую книжку записи о снятии дисциплинарного взыскания в виде увольнения с работы, и тут же пишет, что полагается в трудовую книжку внести запись. А кто будет вносить эту запись? Новый работодатель? На каком основании? Получается следующая ситуация: один работодатель применяет дисциплинарное взыскание, а другой, соответственно, по решению суда вносит в трудовую книжку запись о снятии этого взыскания.

В судебном порядке не может быть установлен факт снятия дисциплинарного взыскания в виде увольнения, потому что законодательством этот момент не урегулирован. Есть очень много трудовых вопросов, которые не могут быть установлены в порядке особого производства. Статья 267 ГПК говорит о том, что в заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должна быть указана цель. Ведь нельзя обратиться в суд просто так. Существует открытый перечень фактов, имеющих значение, которые могут быть установлены. Так, например, работник обращается в суд: "Прошу установить тот факт, что с меня снято взыскание в виде увольнения". А какая этим преследуется цель? Возникает второй вопрос: почему ст. 265 ГПК говорит о том, что заявление может быть принято в производство суда только при отсутствии возможности в ином порядке получить удостоверяющие документы (удостоверяющие эти факты)? То есть этот факт вообще не должен быть удостоверен судом, потому что он общеизвестен. То есть если человек уволен год назад, то это не нужно подтверждать, для этого есть запись в трудовой книжке. А то, что эта запись (взыскание) не может быть снята, из определения самого дисциплинарного взыскания следует, что оно может быть наложено только на работника и оспорено только работником в определенные законом сроки. В РФ это три месяца. И в судебном порядке. Существует специальный порядок оспаривания. Поэтому позиция автора мне кажется весьма спорной.



Возврат к списку