Дело Скрипилова О.Ю. (иск о взыскании убытков). Нагатинский районный суд города Москвы. Дело № 02-3413/2018.
30.03.2018
Адвокат, ознакомившись с текстом искового заявления и приложенными к нему документами, подготовил возражения на иск, в которых сформулировал следующую защитную позицию.
Из текста искового заявления усматривается, что основные доводы Истца, требующего от Ответчика возмещения ущерба, сводятся к следующему.
1. Истец со ссылкой на положения ст.1064 ГК РФ утверждает, что вред, причиненный земельному участку с кадастровым номером 50:04:0180206:9 (далее – «Участок»), собственником которого он является, подлежит возмещению Скрипиловым О.Ю., который, по мнению Истца, является лицом, причинившим указанный вред.
2. Такой вывод Истец делает на основании того, что в рамках сложившихся между ним и Ответчиком отношений по Договору купли-продажи Участка № ДЗ-1 от 27 июля 2017 года (далее – «Договор») Участок был якобы передан в фактическое владение последнего, и Ответчик без согласия Истца проводил на нем земляные работы, что повлекло за собой причинение ущерба на сумму 23 608 000 руб.
Сумма ущерба определена Истцом на основании приложенного к иску заключения специалиста Баранникова Л.И., в котором, как указывает Истец в тексте искового заявления, подтверждается факт проведения Ответчиком земляных работ на Участке.
3. Истец утверждает, что земляные работы проводились на Участке силами ООО «Русстрой» (руководитель Подъячев Роман Вячеславович, далее – «Общество») по заданию Ответчика, основанному на договорных отношениях с данным Обществом.
Ответчик, ознакомившись с доводами, изложенными в исковом заявлении, полагает, что требования Шпигоцкой С.Ю. не подлежат удовлетворению по нижеизложенным основаниям.
В соответствии с ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Как указано в Обзоре судебной практики ВС РФ за второй квартал 2012 года (утв. Президиумом ВС РФ 10.10.2012), по смыслу норм ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК РФ для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.
Суды неоднократно подчеркивали (например, Определение Верховного Суда РФ от 15.12.2015 № 309-ЭС15-10298 по делу № А50-17401/2014), что для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных выше фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.
С учетом положений ст.56 ГПК РФ именно на Истце лежит обязанность доказать наличие совокупности вышеуказанных обстоятельств, чего им в рамках имеющихся в деле материалов сделано не было.
Как указано в п.12 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.
Ссылка Истца на то, что заключением специалиста подтвержден факт проведения Скрипиловым О.Ю. работ на Участке, не может быть принята во внимание, так как установление причинителя вреда и причинно-следственной связи между его действиями и наличием ущерба относится к прерогативе не специалиста, а Суда, который с учетом положений ст.67 ГПК РФ дает оценку имеющимся в деле доказательствам. Более того, в представленном Истцом заключении специалиста вообще не содержится упоминания об Ответчике.
Ничем не подтвержденным является также утверждение Истца о том, что Участок был предоставлен в фактическое владение и пользование Ответчика, который проводил на нем земляные работы.
Действительно, 27 июля 2017 года между Истцом и Ответчиком был заключен Договор купли-продажи Участка, который впоследствии был расторгнут по соглашению сторон.
Вступившим в законную силу решением Никулинского районного суда города Москвы от 20 декабря 2017 года по делу № 02-7381/2017 (далее – «Решение») с Шпигоцкой С.Ю. в пользу Скрипилова О.Ю. было взыскано неосновательное обогащение в размере 3 000 000 рублей, возникшее после расторжения Договора.
Как указано в Решении, установленные которым обстоятельства, по мнению Ответчика, в силу положений ч.2 ст.61 ГПК РФ имеют преюдициальное значение для настоящего спора, Суд критически оценил довод Шпигоцкой С.Ю. о нахождении Участка во владении и пользовании Скрипилова О.Ю., так как право собственности за последним зарегистрировано не было, Участок ему на ином праве по акту приема-передачи также не передавался.
В соответствии с положениями п.4 Договора переход права собственности возникает у Скрипилова О.Ю. после оплаты 50 % стоимости Участка. С учетом того, что на момент расторжения Договора Скрипилов О.Ю. оплатил всего лишь 3 % от стоимости Участка, право собственности у него не могло возникнуть, более того, Истцом не представлены доказательства того, что стороны Договора своим соглашением условились изменить установленный Договором порядок перехода права собственности на Участок к Ответчику.
В соответствии со ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Истцом не представлено доказательств того, что Ответчик самовольно, т.е. без ведома Истца осуществлял незаконную деятельность на Участке, а Истец в установленном законом порядке пытался защитить свое нарушенное право, требуя устранения якобы допущенных Ответчиком нарушений.
В подписанном представителем Истца по доверенности Шпигоцким С.А. и Ответчиком соглашении о расторжении Договора содержится обязательство возвратить Скрипилову О.Ю. в срок до 01 ноября 2017 года полученные Истцом по Договору денежные средства в размере 3 000 000 рублей.
Ответчик полагает, что если бы на момент расторжения Договора существовал реальный ущерб Участку со стороны Ответчика, данное обстоятельство нашло бы свое отражение в соглашении о расторжении Договора, а сумма, которую Истец обязался вернуть Ответчику, была бы удержана Истцом до разрешения вопроса о возмещении ущерба. Более того, само требование о возмещении Ответчиком ущерба возникло в рамках заявленного Шпигоцкой С.Ю. встречного иска лишь после того, как Скрипиловым О.Ю. был инициирован судебный процесс о взыскании с Шпигоцкой С.Ю. суммы неосновательного обогащения. По мнению Ответчика, данное обстоятельство свидетельствует о наличии в действиях Истца признаков злоупотребления правом (ст.10 ГК РФ) с намерением причинить вред Ответчику, а не желанием восстановить свое нарушенное право.
В нарушение положений ст.56 ГПК РФ Истцом также не представлено доказательств того, что описанное в заключении специалиста состояние Участка возникло в период наличия между ним и Ответчиком договорных отношений, а не до этого или после расторжения Договора, т.е. в любом случае при отсутствии доказательств передачи Ответчику Участка его состояние определяется действиями самого собственника, т.е. Истца, который вправе использовать его по своему усмотрению.
Что касается ссылки Шпигоцкой С.Ю. в исковом заявлении на наличие договорных отношений Ответчика с ООО «Русстрой», которые якобы позволяли Ответчику осуществлять на Участке земляные работы, то необходимо отметить, что у самого Истца отсутствовали ранее и отсутствуют в настоящее время какие-либо отношения с указанным Обществом, а Подъячев Р.В. не является руководителем ООО «Русстрой», как об этом утверждает в иске Истец.
Таким образом, Истцом не доказана совокупность обстоятельств, которая требуется для возложения на Ответчика обязанности по компенсации ущерба.
Из текста искового заявления усматривается, что основные доводы Истца, требующего от Ответчика возмещения ущерба, сводятся к следующему.
1. Истец со ссылкой на положения ст.1064 ГК РФ утверждает, что вред, причиненный земельному участку с кадастровым номером 50:04:0180206:9 (далее – «Участок»), собственником которого он является, подлежит возмещению Скрипиловым О.Ю., который, по мнению Истца, является лицом, причинившим указанный вред.
2. Такой вывод Истец делает на основании того, что в рамках сложившихся между ним и Ответчиком отношений по Договору купли-продажи Участка № ДЗ-1 от 27 июля 2017 года (далее – «Договор») Участок был якобы передан в фактическое владение последнего, и Ответчик без согласия Истца проводил на нем земляные работы, что повлекло за собой причинение ущерба на сумму 23 608 000 руб.
Сумма ущерба определена Истцом на основании приложенного к иску заключения специалиста Баранникова Л.И., в котором, как указывает Истец в тексте искового заявления, подтверждается факт проведения Ответчиком земляных работ на Участке.
3. Истец утверждает, что земляные работы проводились на Участке силами ООО «Русстрой» (руководитель Подъячев Роман Вячеславович, далее – «Общество») по заданию Ответчика, основанному на договорных отношениях с данным Обществом.
Ответчик, ознакомившись с доводами, изложенными в исковом заявлении, полагает, что требования Шпигоцкой С.Ю. не подлежат удовлетворению по нижеизложенным основаниям.
В соответствии с ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Как указано в Обзоре судебной практики ВС РФ за второй квартал 2012 года (утв. Президиумом ВС РФ 10.10.2012), по смыслу норм ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК РФ для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.
Суды неоднократно подчеркивали (например, Определение Верховного Суда РФ от 15.12.2015 № 309-ЭС15-10298 по делу № А50-17401/2014), что для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных выше фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.
С учетом положений ст.56 ГПК РФ именно на Истце лежит обязанность доказать наличие совокупности вышеуказанных обстоятельств, чего им в рамках имеющихся в деле материалов сделано не было.
Как указано в п.12 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.
Ссылка Истца на то, что заключением специалиста подтвержден факт проведения Скрипиловым О.Ю. работ на Участке, не может быть принята во внимание, так как установление причинителя вреда и причинно-следственной связи между его действиями и наличием ущерба относится к прерогативе не специалиста, а Суда, который с учетом положений ст.67 ГПК РФ дает оценку имеющимся в деле доказательствам. Более того, в представленном Истцом заключении специалиста вообще не содержится упоминания об Ответчике.
Ничем не подтвержденным является также утверждение Истца о том, что Участок был предоставлен в фактическое владение и пользование Ответчика, который проводил на нем земляные работы.
Действительно, 27 июля 2017 года между Истцом и Ответчиком был заключен Договор купли-продажи Участка, который впоследствии был расторгнут по соглашению сторон.
Вступившим в законную силу решением Никулинского районного суда города Москвы от 20 декабря 2017 года по делу № 02-7381/2017 (далее – «Решение») с Шпигоцкой С.Ю. в пользу Скрипилова О.Ю. было взыскано неосновательное обогащение в размере 3 000 000 рублей, возникшее после расторжения Договора.
Как указано в Решении, установленные которым обстоятельства, по мнению Ответчика, в силу положений ч.2 ст.61 ГПК РФ имеют преюдициальное значение для настоящего спора, Суд критически оценил довод Шпигоцкой С.Ю. о нахождении Участка во владении и пользовании Скрипилова О.Ю., так как право собственности за последним зарегистрировано не было, Участок ему на ином праве по акту приема-передачи также не передавался.
В соответствии с положениями п.4 Договора переход права собственности возникает у Скрипилова О.Ю. после оплаты 50 % стоимости Участка. С учетом того, что на момент расторжения Договора Скрипилов О.Ю. оплатил всего лишь 3 % от стоимости Участка, право собственности у него не могло возникнуть, более того, Истцом не представлены доказательства того, что стороны Договора своим соглашением условились изменить установленный Договором порядок перехода права собственности на Участок к Ответчику.
В соответствии со ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.
Истцом не представлено доказательств того, что Ответчик самовольно, т.е. без ведома Истца осуществлял незаконную деятельность на Участке, а Истец в установленном законом порядке пытался защитить свое нарушенное право, требуя устранения якобы допущенных Ответчиком нарушений.
В подписанном представителем Истца по доверенности Шпигоцким С.А. и Ответчиком соглашении о расторжении Договора содержится обязательство возвратить Скрипилову О.Ю. в срок до 01 ноября 2017 года полученные Истцом по Договору денежные средства в размере 3 000 000 рублей.
Ответчик полагает, что если бы на момент расторжения Договора существовал реальный ущерб Участку со стороны Ответчика, данное обстоятельство нашло бы свое отражение в соглашении о расторжении Договора, а сумма, которую Истец обязался вернуть Ответчику, была бы удержана Истцом до разрешения вопроса о возмещении ущерба. Более того, само требование о возмещении Ответчиком ущерба возникло в рамках заявленного Шпигоцкой С.Ю. встречного иска лишь после того, как Скрипиловым О.Ю. был инициирован судебный процесс о взыскании с Шпигоцкой С.Ю. суммы неосновательного обогащения. По мнению Ответчика, данное обстоятельство свидетельствует о наличии в действиях Истца признаков злоупотребления правом (ст.10 ГК РФ) с намерением причинить вред Ответчику, а не желанием восстановить свое нарушенное право.
В нарушение положений ст.56 ГПК РФ Истцом также не представлено доказательств того, что описанное в заключении специалиста состояние Участка возникло в период наличия между ним и Ответчиком договорных отношений, а не до этого или после расторжения Договора, т.е. в любом случае при отсутствии доказательств передачи Ответчику Участка его состояние определяется действиями самого собственника, т.е. Истца, который вправе использовать его по своему усмотрению.
Что касается ссылки Шпигоцкой С.Ю. в исковом заявлении на наличие договорных отношений Ответчика с ООО «Русстрой», которые якобы позволяли Ответчику осуществлять на Участке земляные работы, то необходимо отметить, что у самого Истца отсутствовали ранее и отсутствуют в настоящее время какие-либо отношения с указанным Обществом, а Подъячев Р.В. не является руководителем ООО «Русстрой», как об этом утверждает в иске Истец.
Таким образом, Истцом не доказана совокупность обстоятельств, которая требуется для возложения на Ответчика обязанности по компенсации ущерба.